December 22nd, 2017

Виктор

О наших и не наших, о покаянии, и другие размышления

Меховая оторочка лётного шлема вспыхнула первой и хотя пилот успел вывалиться из пылающей кабины, на лице его навечно остался грубо зарубцевавшийся шрам, кольцом охватывающий лоб, щёки и подбородок.
Так выглядел дядя Саша, отец моего лучшего школьного друга Витьки Осадчего. Кто знает, не приложил ли к этому руку оплаканный Колей-Вермахтом в Бундестаге невинно погибший в советском плену гитлеровский ефрейтор-зенитчик?

Один брат моей мамы погиб на войне, а другой, дядя Толя, вернулся с фронта без трёх пальцев на руке, оторванных немецкой миной.
Не потому ли мы, мальчишки начала 60-х, собираясь поиграть в войну, всегда хотели быть "нашими" и никто не желал изображать "фрицев", так что проблему эту решал жребий. Просто мы видели, что сделали "не наши" с самыми ближайшими родственниками, да и не родственников, потерпевших от войны, кругом было выше крыши.

Никто не научил нас тогда, что у несчастных зольдатиков, недоедавших в плену в тот момент, когда ещё не была снята блокада Ленинграда (но это ведь не важно, то не их проблемы), были добрые муттерхен, с грустью перебиравшие в далёкой Тюрингии присланных из России Гансиком или Михелем чернобурок. Ах, лучше бы их не было, но сынок оставался дома. Не для плена они их в муках рожали, однако, что поделаешь, фатерланду необходимо жизненное пространство...

Тяжёлым катком прокатилась денацификация по немцам. И дурь нацистскую из них выбили крепко. А вот добряк Сталин промашку дал, Collapse )

promo amico_di_amici september 25, 2014 10:07 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Как я покупал перстень для тещи в городе Синдбада-морехода Как мичман Зацепин не смог убить матроса Беридзе Как монгола на ракетном катере прокатили Как мы йеменский тральщик утопили Как я ливийский береговой ракетный комплекс ремонтировал Как умирают пароходы История короткой жизни, любви и…